Меня нельзя судить или дисквалифицировать. Только я сама себе судья.
Таков человек, такова его жизнь. Но что же мешает жить так, чтобы потом не сожалеть о содеянном, чтобы не раскаиваться, чтобы не пытаться судорожно исправить?
Если душа существует, неверно было бы думать, что она дается нам уже сотворенной. Она творится на земле, в течение всей жизни. Сама жизнь — не что иное, как эти долгие и мучительные роды. Когда сотворение души, которым человек обязан себе и страданию, завершается, приходит смерть.
«Судьба тасует карты, а мы играем» писал когда-то Шопенгауэр. И мы в этой партии с неизведанным всегда будем «лохами».